В Беларуси набирает популярность дубайский шоколад. Арабская сладость уже влияет и на пасхальные куличи. Праздничные булки с такой начинкой предлагают кондитеры в соцсетях. Но одобряет ли их церковь? Об этом «Зеркалу» рассказал Александр Кухта — известный священник, ведущий YouTube-канала «Batushka ответит», который уехал из Беларуси по политическим причинам, перешел из Московского во Вселенский патриархат и сейчас служит в Вильнюсе.
По словам Александра, освящение еды перед Пасхой — история о красоте, а не о смыслах. Никакого отношения к духовности такая пища не имеет. А значит, не важно, какой кулич будет в семье на столе в этот день и будет ли он вовсе.
— Освящая простые вещи, такие, как еда или предметы быта, мы как бы напоминаем себе о желании, чтобы Бог присутствовал в каждом моменте нашей жизни. При этом сам этот процесс не делает нас ближе к творцу, а также лучше или хуже. Это просто символ. Как оливье на Новый Год, — рассуждает собеседник. — К сожалению, многие люди этого не понимают и несут пасхальную еду в храм, чтобы заткнуть дыру в душе и договориться со своей совестью, подменяя настоящую веру символами.
Священник отмечает: не важно, какой кулич человек хочет окропить — дубайский, бисквитный или в виде классической булки, батюшка ему в этом не откажет.
— Как-то еще в Минске у людей в корзинке заметил классный дорогой коньяк. Почему бы и нет? А к моему другу-священнику принесли рыболовные крючки. Мужчина попросил: «Благословите, чтобы рыба ловилась». Тоже своего рода пища, но в будущем, — продолжает Александр. — Кстати, в тексте молитвы, которая читается на освящении, про мучные изделия вообще ничего не говорится. В ней перечисляется молоко, мясо, яйца — все те продукты, которые [раньше] собирали к праздничному столу. Времена меняются, блюда тоже. И вот сейчас в моде дубайские куличи.
Батюшка говорит, что нет ни одного продукта, который непременно должен быть на пасхальном столе.
— Вообще нет никакой обязательной для освящения еды, ни для какого дня в году. Религия — это вопрос индивидуальных, неповторимых отношений между человеком и Богом, — объясняет собеседник. — Это можно сравнить с любящими людьми в паре. Нет инструкции, как кто-то должен себя вести. У них есть ритуалы, например, ходить в рестораны, держаться за руки. Но эти вещи абсолютно необязательны, потому что любовь не знает границ и правил. То же и с верой. Христианство — это про интимное, личное, невоспроизводимое. Существует христианская парадигма, она же глобальная цель, к которой стремятся верующие. Ее суть в том, чтобы, несмотря ни на что, сохранить в себе человечность и через это стать ближе к Богу. А еда тут вообще ни при чем.
Зачем тогда перед Пасхой в храмах массово освящают еду? С одной стороны, говорит Александр, это красивая традиция. С другой — надежда, что для кого-то этот процесс станет своего рода мостом, который натолкнет человека на мысли «о чем-то более высоком» и приведет к Богу.
— Но, как показывает мой реальный опыт, это почти не работает, — отмечает священник. — Суть Пасхи в том, что мы идем встречать Христа Воскресшего и радуемся этому. Однако многие из тех, кто приходит освятить кулич, на службе не бывают. В нашем приходе мы призываем людей не заботиться сверхмеры о богатстве и разнообразии стола, а сконцентрировать внимание на отношениях с Богом и, самое главное, быть на службе. А все остальное — куличи, яйца — это вопросы десятого порядка. Не стоит превращать день перед Пасхой в «Батюшка, ананас». О чем я? В величайший торжественный день тихой субботы, когда мы должны помнить о смерти Христа, мы устраиваем народные гуляния с водой, освящением и «ананасами». Как это? Порой случается, что, если на кого-то, кто пришел с корзинкой, капли не попали, он кричит и просит пройтись рядом еще раз. Отсюда и «ананас». Идешь, кропишь и сзади слышишь: «А на нас, а на нас».
